mistris_Varvara
Ты мне нравишься — сказала она про себя. Действительно нравишься — и улыбнулась. Пусть думает, что она рада встрече. (Конечно, она и на самом деле рада).

Потом снимаешь рубашку. Впиваешься зубами в его соски и слушаешь его стоны, что ласкают твои уши лучше его языка. Лижешь его грудь и гладишь тело, в надежде слиться в одно целое. Кожа касается кожи. Он поднимается и смотрит на тебя долгим, темным взглядом. Он очень возбужден, но медлит. Выжидает. Долго разглядывает твою грудь и гладит ее. Ты прижимаешься бедрами к его животу и медленно проводишь языком по его подбородку. Слизываешь капли его соленого пота. Глаза ваши широко открыты и смотрят друг в друга — вы любите друг друга, глаза, руки, губы — все это слилось воедино и дрожит от предвкушения продолжения той необыкновенной близости, что возникла между вами внезапно, подобно молнии или вспышке фотоаппарата. В глазах режет — он улыбается и обнимает тебя за бедра, притягивая ближе к себе. Руки блуждают по твоей спине.

Секс похож на танец — ритуальный танец ваших тел, вызывающий Богов, что повинуются только вам обоим. Никогда в жизни тебе не было так хорошо. Даже тогда, с другими — ты теперь вспоминаешь это со смехом, невзначай — как же было страшно глупо путать эти путаные, неуместные вспышки ненужного удовольствия, от чего становилось лишь приятно между ног — никакого оргазма для души, подлинного, настоящего. Ты должна верить в любовь, и ты шепчешь ему, что любишь, а он лишь улыбается и прижимает тебя к влажной кровати своим тяжелым и грубым телом. За окном жара, огромный город живет и дышит, словно дракон, далеко за его пределами умирают люди, начинаются войны и трусы пытаются удержать крупинки власти в своих ничтожных руках; люди убивают за деньги, кончают с жизнью и несутся к своим родным. Ты лежишь прижатая к кровати и сжимаешь его бедра своими. Влюбляешься все больше. Это игра? Раньше все эти копошения в постели были только твоей игрой. Что же он с тобой делает? Скоро ты станешь полностью подчинена, продашься в рабство за состояние души — какая поэзия! И как ты боишься этого — стать частью кого-то и умереть, лишившись его сердца, его души, его губ и рук.

Но ты не так слаба, как кажешься. Ты готова к бою с собственной судьбой — готова сносить все удары и толчки к обрыву. Будешь цепляться. Обрубками ногтей, если придется. Мало кто умирает вместе с любовью. И ты не ждешь ни звонков, ни роз, только бесконечную жизнь и ее объедки - кости, что она бросает тебе, издеваясь. Ты больше не помнишь слов, жестов, запахов — ты опустошена. Но ты жива. И состояние твоих мыслей приходит постепенно в порядок — благо, заняться тебе почти всегда есть чем. В постели твое тело снова просит секса с ним, но ты заставляешь себя забыть обо всем и лечь спать, а когда нужно, доводишь себя до такого состояния, когда невозможно ничего делать кроме того, что спать. И он не нужен — выкуси, дорогой: мое красивое тело тебе больше не трогать — оно мое! Все в этом мире умирает — убьешь ты и воспоминания. Скоро ты ототрешь свое тело и сделаешь глубокую очистку сердца.

В следующий раз, когда увидишь его, не смотри на руки. Он умел обращаться со своими руками, ничего не скажешь. Совсем не так, как остальные. Он придавал своим рукам особое значение — считая, что руки главное в любовной игре. Как ты любила целовать его руки и оставлять на них белесые следы своих зубов. Этот мужчина любил, когда ты его кусала, словно кошка, которую потрогали не там, где ей нравится, и не столько, сколько ей нравится.

Музыка в твоем айподе замедляется — ты успокаивашься — количество ударов в минуту сокращается и ты испытываешь равнодушие, близкое разве что только к горькой грусти. Двигаясь в такт незатейливой песни ты расслабляешься, разглядывая свое усталое отражение в зеркале. Он — твой первый любимый. Ты можешь остановить время и перестать забывать его, а просто восстановить файлы, давно отправленные в корзину — вспомнить вдруг все его прикосновения и взгляды. Его темные глаза и широкую спину, так важно, чтобы у мужчины была широкая спина и такие красивые руки, как у него. Сильные, большие руки настоящего мужчины. Я — твоя единственная любовь — в твоих мечтах скажет он и поцелует тебя, как далекий и незнакомый принц целует золушку — замызганную и удивленную силой его первовзглядной любви к ней. О, как она была права, что не надеялась на этого мужчину! Ты лишь утешаешься тем, что вопреки здравому смыслу она не переставала мечтать о нем, каждый день и каждую ночь. Мечтать не вредно — не верьте, прошу вас - поменьше в жизни разочаруетесь. Истинной радости и верного счастья не приносят ни исполнение грез, ни мысли о них. Мечты — как миражи в пустыне — много обещают, но не указывают правильный путь, а то и вовсе заводят в места, подвластные лишь вездесущей смерти.

*продолжение в дневнике - это ведь целая история...*